Еду в машине, а воображение рисует картину: разбитая колея, из которой то тут, тот там торчат машины, потерявшие управление... Дорога тонет, никто не приходит на помощь... И по этой дороге мне нужно добраться до Питера.
Москва — Питер
А как иначе, когда девушка-ведущая сообщает по радио (дословно): «ГИБДД предупреждает, что в связи с продолжительными дождями особенно непростая обстановка сложилась на Ленинградском шоссе. В колеях скапливается вода, машины буквально всплывают и теряют управление».
Чтобы снизить чудовищную аварийность трассы, на участке Солнечногорск — Клин была серьезно усовершенствована схема организации дорожного движения. Разумеется, показать свои организаторские способности там, где большинство машин просто едет прямо — задача не из легких, но руководство дороги справилось с ней блестяще! В духе нашей современности на этом участке вне населенных пунктов были запрещены все левые повороты. Осталось только запретить водителям врезаться друг в друга и — дело в шляпе. Какой же мы все-таки хитрый народ!
Очевидно, что у какого-то большого боса, который руководит реконструкцией трассы в целом, есть общий план действий, и так же очевидно, что на месте, где на этом плане находится Торжок, образовалась складка, залом, потертость, или кто-то прожег там большую черную дыру окурком натруженного Беломора. Трасса «Россия» во многих местах не блещет качеством покрытия (хотя есть на ней и просто идеальные куски), но Торжок — это провал во времени. Я полагаю, там все еще лежит самый первый асфальт, положенный вскоре после его изобретения. Такой вот совершенно естественный музей дорожного покрытия, совмещенный с жутковатым аттракционом под названием «На скорости 100 км/ч меня сейчас накроет фурой с китайскими ксероксами». Работает круглосуточно. Въезд бесплатный.
Ленинградское шоссе, колея, всплывающие машины... На дворе не XVIII, а XXI век, черт побери! Еще недавно по золотовалютным запасам Россия была третьей богатейшей страной в мире, но когда едешь по Ленинградке, осознание этого факта почему-то не приходит. Сколько же нам нужно денег, чтобы положить 700 км нового асфальта? Никто не знает? Видимо, это настолько сложные километры, что даже третьей по богатству державе мира это не по силам. Ну и ну... Хотя, чего тут может быть непонятного на самом-то деле?.. Складывать в мешок и хвастаться толстой мошной шальных денег — это не так уж и сложно. Сложнее потратить эти деньги с умом. А вот этого с шальными деньгами никогда не происходит. Проверял лично.
Вот и бредем мы (третья по богатству в мире нация) тихой сапой, по колее, всплывая по пути и теряя временами управление, от Москвы до Питера и обратно...
Радует лишь одно: за моей спиной не болтается фура с собачьими консервами, по бесконечной колее М10 я бреду лишь для того, чтобы увидеть белые ночи.
Великий дом великого царя
Так или иначе, вот он — Питер. Любимое Петра творение, город, рядом с которым Москва — это просто очень большой Тамбов.
Я серьезно. Этот город дал нам все, что мы отождествляем с нашей культурой и историей. Я действительно полагаю — и в этой поездке я только утвердился в своем мнении, — что Санкт-Петербург всегда имел куда больше прав называться столицей. И ведь так оно и было бы, если бы у товарища-революционера В.И.Ульянова-Ленина было побольше яиц, а его дружки по партии не были бы так трусливы.
История Москвы в качестве столицы — это история Великой смуты, опричнины, братоубийства, постоянных измен и переворотов, а сразу после нее — «Слава КПСС», история, начало которой положили сбежавшие из Питера большевики. Все остальное случилось там, в городе на Неве. Этот город стал первым русским городом-портом. В этом городе Петр короновался в императора. Этот город почти двести лет был домом для династии Романовых. Этот город подарил нам великую русскую литературу и великих русских мыслителей. Это город великих людей. Назовите все великое, что было свершено в нашей стране, и вы увидите, что большинство этих свершений непосредственным образом связаны с Питером. Это столица рассвета Российской империи. Столица ее заката тоже. Увы, этот город велик своей славой и своей трагедией одновременно. Это город Сенатской площади, тюрьмы Трубецкого бастиона и виселицы кронверка. Город величайшего императора Петра. Город Пушкина и Достоевского. Город по-настоящему свободного духа, не сломленного самой жестокой осадой за всю историю человечества. Москва никогда не знала ничего подобного. Москва — это столица купечества, взрастившая свою славу на конском поту и прибавленной стоимости. Да, в Москве были Минин и Пожарский, но их наследниками стали Жлобский и Гламурский. В сравнении с Питером в Москве ничего интересного нет.
Я, кажется, влюбляюсь в Питер...
Экскурсия
— Давайте мы вас проведем как студентов, по 250, а ребенка бесплатно!
Дородная тетушка-плакат, кои в таком множестве водятся на Невском, изредка покрикивая в мегафон, соблазнила нас студенческой дешевизной экскурсии и обещанием очень хорошего экскурсовода.
— Вам понравится, — сказала она, — Валера у нас самый лучший.
— Ну, не вопрос. — сказали мы и заплатили деньги.
— Я отведу, — сказал стоявший рядом юноша, взял со стола желтую табличку с надписью «экскурсии», поднял ее высоко над головой и бодро зашагал по Невскому. Когда мы засеменили за ним, честное слово, нашей процессии не хватало только пионерской барабанной дроби.
Молодой человек привел нас к микроавтобусу и попросил садиться.
Затем пришла еще одна тетенька (организатор, видимо) и попросила билеты.
— Но нам их не дали, — предвкушая красивое кидалово под желтым транспарантом, сообщили мы.
— Но деньги-то вы заплатили?
— Конечно!
— Ну и хорошо. — И уже водителю. — Звони Валере, скажи, что пора.
В окно водителя просунулась голова тетеньки-плаката и ее же рука с билетами.
— Возьмите.
Пока мы ждали Валеру, тетенька-организатор впарила нам книжку про русских царей, подкрепив уникальность своего предложения тем простым фактом, что она может продать ее прямо от издательства за полтинник, в то время как в магазине эта книжка будет стоить аж шестьдесят семь рублей! Забрав полтинник и всучив книжку, тетенька испарилась. Однако, не успел я начать изучение истории русской короны, как с улицы донесся шум. Мне показалось, что кого-то бьют. В следующий момент тетенька-организатор пинками затолкала в наш автобус Рони Вуда, сопроводив его появление громкими тезисом о том, что она терпеть не может такие выходки. На лице вновь прибывшего была написана вся история гибели рок-н-ролла, а в целом он выглядел так, будто только что в ближайшей парадной похмелялся с Миком, Китом и Чарли. Когда Рони заговорил в микрофон голосом Бори Моисеева, всем стало ясно, что это наш экскурсовод. Боже! Я обожаю Питер!
Валера действительно оказался хорошим экскурсоводом. Вообще экскурсоводы в Питере отличаются какой-то любовью к своему делу. Даже под конец дня, срывая голос, они обязательно расскажут вам о том, о чем, в принципе, можно было бы умолчать. Например, указывая на дом, в котором жил Анатолий Собчак, а ныне проживает Михаил Боярский, они никогда не поленятся сообщить, что Боярскому очень не нравится, когда экскурсоводы упоминают его в своих речах и сдают туристам местоположение его обиталища. Интересно, как они узнали о его реакции? Он что, материт экскурсионные теплоходы, наполовину свесившись в окно? В таком случае, жаль, что мы не увидели ничего подобного.
Пробки? Нет, это полный...
В Питере есть одна очень большая проблема. Это автомобильное движение. До поездки в Питер я думал, что движения хуже чем в Москве быть не может. Оказывается, может. Все движение в центре города завязано на мостах и с девяти утра до девяти вечера это движение полностью останавливается. Оно стоит, но при этом петербуржцы умудряются куда-то приехать.
Первое время мне, московскому водителю, было не по себе. Дело в совершенно других алгоритмах. У московского движения есть два режима: 8 км/ч и 108 км/ч. В Питере все машины либо стоят в одной общей массе, либо этой же массой мгновенно разгоняются до 60 км/ч, такой же плотной массой поворачивают, объезжают пешеходов и разъезжаются с другими машинами на нерегулируемых перекрестках. Как тут ездить, я понял не сразу. Петербуржцы летают как истребители, звеньями. На звенья поток разрезается многочисленными светофорами, и будучи разрезанным, этот поток так и пульсирует от перекрестка до перекрестка. Пока ты летишь в своем звене, тебе ничего не угрожает. Как только отцепился, начинаются проблемы: по местным меркам такое поведение уже воспринимается как неадекватное. Ездят петербуржцы довольно быстро. Прибавьте к этому гораздо меньшую ширину питерских проспектов и вместо езды вы получите аттракцион, от которого у иногороднего водителя захватывает дух. Но это если ты куда-то едешь. Например, ночью. Днем же, в принципе, все гораздо проще: стой себе вместе со всеми, пока не попадешь, куда тебе нужно. Как ни парадоксально, но это работает.
Да и с другими видами транспорта в Питере не очень. Однажды, находясь на Васильевском острове в самый час пик, мы решили вернуться домой на знаменитом питерском метро, с его волшебными антисуициидальными дверьми, которые предотвращают падение граждан под поезд.
Я заглянул в навигатор и выяснил, что всего в нескольких кварталах от нас находится станция Василеостровская. Бодрым шагом, всего за десять минут, мы преодолели необходимое расстояние и наткнулись на нечто, напоминающее мавзолей имени Ленина, вокруг которого, как в советские годы, змеилась плотная очередь. Оказалось, что это очередь в метро.
Нет, уважаемые студенты, каждый день отправляющиеся домой со станции Бауманская, это вовсе не то же самое. Это гораздо круче. Вход в метро предварялся длинным лабиринтом из металлических заграждений. Люди покорно вливались в этот коридор и шли, глядя себе под ноги. Однако, недалеко от финиша лабиринта мы обнаружили еще одну очередь, и, поскольку она была короче, а мы были с ребенком, решили встать в нее. Эта очередь действительно шла быстрее, но через некоторое время мы уперлись в стену лабиринта и поняли, что дальше нужно прыгать. Оказывается, это была очередь для тех, кто лезет без очереди. При этом, стоявшие рядом милиционеры строго отсекали тех, кто хочет залезть без очереди, минуя очередь для тех, кто хочет залезть без очереди. В общем, прыгать через ограждения мы не стали, а решили взять такси: будь, что будет, когда-нибудь, да доедем.
Надо сказать, что выбор автомобилей в питерском такси очень приличный, начиная с традиционных ржавых «пятерок» и заканчивая круглоглазыми Мерседесами на европейский манер. Поскольку покататься на ржавом ведре у меня всегда есть шанс и дома, я направился к Мерседесу, в котором обнаружилось сразу два водителя.
— На Жуковского поедем?
— О! Это будет стоить 500 рублей, — с сочувствием объявил первый водитель.
— Годится, поехали, — сказал я и дал отмашку всей нашей экскурсии. Я ожидал, что второй водитель после этого выйдет и пойдет к своей машине, но вместо этого он начал так интенсивно толкать свое кресло вперед, что на лобовом стекле вскоре засияла его расплющенная физиономия.
— Что вы делаете? — спросил я. — Мы что, поедем все вместе?!
— Но это же мой сменщик! — обиженно проговорил водитель, у которого был руль.
Я окинул взглядом стоящий колом Средний проспект и в целом идея передвижения по такому городу с водителем-сменщиком показалась мне здравой (действительно, при таких пробках предугадать, сколько времени займет поездка было решительно невозможно, может и смена закончиться), но все же, в таком случае даже с расплюснутым лицом второго водителя для троих взрослых и одного пятилетнего ребенка в Мерседесе оставалось слишком мало места.
— Извините, но так мы не поедем.
На мой вопрос относительно возможности поездки на улицу Жуковского водитель второго такси, сидевший в припаркованной машине вместе с телевизором, отреагировал так, будто я пришел сосватать ему в жены Валерию Новодворскую. И только третий выказал готовность доехать до Жуковского без сменщика и лишних эмоций. Мы дружно загрузились в машину, водитель включил счетчик и — еще минут десять простояли на месте. «Вот блин, — подумал я, — сперва нужно было дождаться, пока на улице наметится хоть какое-то движение, а уже потом садиться в машину и включать счетчик».
По итогу, через час, мы оказались ровно на том же месте, с которого начали наш пеший поход к метро. Еще через час мы были дома.
Стопесят, дарагой!
Однако самой запоминающейся поездкой на такси стала вовсе не эта. В один из вечеров, вдоволь набродившись по центру города, мы понял, что дотянуть до дома пешком у нас уже не получится. Нужно было такси. Однако номера, по которому в Питере вызывают машины с длинными антеннами, мы не знали. Искать стоянку тоже не было сил. И тогда я решил попробовать обычный московский метод. Я просто встал у обочины и поднял руку. Это сработало! Надо сказать, что на московский манер в цивильном Питере ловятся такие же московские таксомоторы. Через секунду возле моей поднятой руки с визгом остановилось ржавое ведро, в прошлой жизни бывшее ВАЗом 2105, с классическим водилой-кавказцем за рулем. После непродолжительного торга, снизившего цену в два раза, мы сели в машину и стартовали на первой космической скорости.
Тут надо сказать, что скорость передвижения у шахид-такси во всех городах примерно одинаковая, но в центре Питера это выглядит куда более весело, чем где-нибудь в московском Отрадном. В Москве ты просто летишь так, словно за стольник оседлал самого дьявола. В Питере это выглядит так, будто ржавый дьявол несет тебя по коридорам ночного музея. В этом уже есть не только ужас, но и какая-то сказочная романтика.
И все же
В целом Питер великолепен! Это действительно самый европейский город из всех азиатских городов. Это действительно Запад, и дело вовсе не в архитектуре и задуманной еще Петром планировке города. Например, вы только представьте себе, на большинстве питерских улиц в центре города iphone высвечивает недоступный в Москве символ 3G. Вы думаете это пустяки? Может быть, да. А может и нет. Лично мне пример с 3G кажется весьма показательным: как и триста лет назад, этот город продолжает быть самым близким к западной цивилизации русским городом. Именно так он и задумывался Петром. И до сих пор он сохранил свое положение. Разве это не удивительно?
Напоследок
Но еще больше удивляет не это. Только сейчас, побывав в Питере более обстоятельно, я понял, как мне кажется, в чем был велик Петр. И в чем так велико его любимое творение, город Санкт-Петербург. На пустом болотистом месте Петр построил не просто город–крепость, порт, замки и дворцы, сады и прочее великолепие. Он не только утвердил права России на Неву и выход в Балтику. Он не только переплюнул Версаль по размаху своего дворца в Петергофе.
На берегу суровой Невы он построил себе новый дом. Обстоятельно и с любовью. Он строил крепости, мосты, дворцы и фонтаны. Разбивал сады и водружал кресты на новые храмы. И все это стоит до сих пор. До сих пор это все служит людям. Поразительно, но буквально каждый завиток вплоть до последней чугунной ограды несет в этом городе свой сокровенный смысл. Петр любил этот город как сына. Он был щедр и суров. Для его защиты он построил целый флот и соорудил крепость, настолько мощную, что на нее так никто и не решился напасть. Петр вознаграждал всякого, кто был готов разделить с ним его замыслы. Петр не жалел ничего. Он воздвиг столицу и создал вокруг нее империю. Да, это потребовало многих ресурсов, как денежных, так и людских, но все это дало результат.
Стоя у белых надгробных глыб, ставших последней привилегией для целой династии русских царей, глядя себе под ноги, я вдруг ощутил всю красоту петровского замысла: до Петра тут был просто остров, кусок земли, облюбованный серыми зайцами, после Петра — это место стало достойным захоронения императоров. Вот насколько большую славу удалось вдохнуть в это место Петру. Вот в чем состоит его истинное величие.
В Библии сказано, по плодам познается дерево. Великий город Петра — вот плоды петровской эпохи. Уже нет петровского флота, уже нет династии Романовых, но стоит великолепный город.
Выходцы города петрова сегодня стоят у власти. Они тоже, безусловно, войдут в историю как великие строители. Строители великой вертикали. Увы, сегодня Россия все меньше напоминает уютный любимый дом. Мы живем другим, какой-то непонятной вертикалью, которая вот вот завалится на манер вавилонской башни, похоронив под собой строителей. И это будет совсем не тот же самый результат, которого добился Петр Великий, имея в распоряжении куда меньшие ресурсы и средства.
P.S.
Напоследок, у меня есть лишь одна совершенно незначительная просьба. Господа правители, не могли бы вы на секундочку отвлечься от строительства и укрепления своей вертикали и построить хотя бы одну новую дорогу? Честное слово, оно этого стоит.
Мэр Москвы Юрий Лужков разит копьем автомобилистов и роллеров
Впечатляет, согласен! Если только ты не знаешь, что в этот самый момент твоя машина уезжает на эвакуаторе на штрафную стоянку
